По алфавиту:

Указатель категорий Геополитика Теллурократия и талассократия

Теллурократия и талассократия

Тип работы: Дипломная работа
Предмет: Геополитика
Язык документа: Русский
Год сдачи: 2011
Последнее скачивание: не скачивался

Описание.

Цель контрольной работы – рассмотреть теорию дуализма противопоставления “теллурократии” (сухопутного могущества) и “талассократии” (морского могущества).

Выдержка из работы.

РОССИЙСКАЯ  ФЕДЕРАЦИЯ

МИНИСТЕРСТВО  ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ

ГОСУДАРСТВЕННОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ

ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ

«ТЮМЕНСКИЙ  ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ»

ИНСТИТУТ  ДИСТАНЦИОННОГО ОБРАЗОВАНИЯ

СПЕЦИАЛЬНОСТЬ «Государственное и  муниципальное управление»

К О Н Т Р О  Л Ь Н А Я     Р А Б О Т  А

По  предмету:  Геополитика

Тема: Теллурократия и талассократия

 
 
 

Выполнил:

Студент  4 курса

7 семестр 
 
 
 
 

Ноябрьск,  2011

     СОДЕРЖАНИЕ 

     ВВЕДЕНИЕ…………………………………………………………………3

     1.Дефиниция “геополитики”………………………………………………4

     2.Теллурократия и талассократия…………………………………………7

     3.Геополитическая телеология…………………………………………..11

     ЗАКЛЮЧЕНИЕ…………………………………………………………...14

     СПИСОК  ЛИТЕРАТУРЫ………………………………………………...15 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

     ВВЕДЕНИЕ 

     Законы  геополитики чрезвычайно удобны для анализа политической истории, истории дипломатии и стратегического планирования. Эта наука имеет множество пересечений с социологией, политологией, этнологией, военной стратегией, дипломатией, историей религий и т.д. Косвенно, но подчас очень наглядно, связана она и с экономикой, вплоть до того, что некоторые геополитики предлагали основать новую науку геоэкономику. Во всяком случае, в некоторых аспектах геополитического метода обращение к экономическим реальностям необходимо.

     В настоящий момент при тяготении всех видов наук к синтезу, к слиянию, к созданию новых межнаучных макродисциплин и многомерных моделей геополитика обнаруживает свое значение как для чисто теоретических исследований, так и для практических шагов в управлении сложными цивилизационными процессами в масштабе планеты или в масштабе отдельных государств или блоков государств. Это наука будущего, основы которой в самом ближайшем времени будут преподаваться не только в специальных высших учебных заведениях учреждениях и академиях, но и в простых школах. С помощью геополитического анализа легко можно осмыслить целые эпохи исторического развития стран и народов. При свойственном нашему времени расширению информационных зон, появление таких простых и наглядных редукционистских методологий неизбежно, так как в противном случае человек рискует окончательно потерять всякие ориентиры в многообраз ном и многомерном хаосе потоков разнородных знаний.

     Цель  контрольной работы – рассмотреть  теорию дуализма противопоставления “теллурократии” (сухопутного могущества) и “талассократии” (морского могущества). 
 

     1.Дефиниция “геополитики”  

     Труды многочисленных представителей геополитических  школ, несмотря на все их различия и  зачастую противоречия, складываются в одну общую картину, которая  и позволяет говорить о самом предмете как о чем-то законченном и определенном. Те или иные авторы и словари разнятся между собой в определении основного предмета изучения этой науки и главных методологических принципов. Такое расхождение проистекает из исторических обстоятельств, а также из-за теснейшей связи геополитики с мировой политикой, проблемами власти и доминирующими идеологиями. Синтетический характер этой дисциплины предполагает включение в нее многих дополнительных предметов – географии, истории, демографии, стратегии, этнографии, религиоведения, экологии, военного дела, истории идеологии, социологии, политологии и т.д. Так как все эти военные, естественные и гуманитарные науки сами по себе имеют множество школ и направлений, то говорить о какой-то строгости и однозначности в геополитике не приходится. Но какое же определение дать этой дисциплине, столь расплывчатой и одновременно выразительной и впечатляющей?1

     Геополитика – это мировоззрение, и в этом качестве ее лучше сравнивать не с  науками, но с системами наук. Она находится на том же уровне, что и марксизм, либерализм и т.д., т.е. системы интерпретаций общества и истории, выделяющие в качестве основного принципа какой-то один важнейший критерий и сводящие к нему все остальные бесчисленные аспекты человека и природы.

     Марксизм и либерализм равно кладут в основу экономическую сторону человеческого существования, принцип “экономики как судьбы”. Не важно, что эти две идеологии делают противоположные выводы – Маркс приходит к неизбежности антикапиталистической революции, а последователи Адама Смита считают капитализм самой совершенной моделью общества. И в первом и во втором случаях предлагается развернутый метод интерпретации исторического процесса, особая социология, антропология и политология. И, несмотря на постоянную критику этих форм “экономического редукционизма” со стороны альтернативных (и маргинальных) научных кругов, они остаются доминирующими социальными моделями, на основании которых люди не просто осмысляют прошлое, но и созидают будущее, т.е. планируют, проектируют, задумывают и осуществляют крупномасштабные деяния, прямо затрагивающие все человечество.

     Точно так же обстоит дело и с геополитикой. Но в отличие от “экономических идеологий”, она основана на тезисе: “географический рельеф как судьба”. География и пространство выступают в геополитике в той же функции, как деньги и производственные отношения в марксизме и либерализме к ним сводятся все основополагающие аспекты человеческого существования, они служат базовым методом интерпретации прошлого, они выступают как главные факторы человеческого бытия, организующие вокруг себя все остальные стороны существования. Как и в случае экономических идеологий, геополитика основана на приближенности, на редукционизме, сведении многообразных проявлений жизни к нескольким параметрам, но несмотря на заведомую погрешность, всегда присущую таким теориям, она впечатляюще доказывают свою стройность в вопросе объяснении прошлого и предельную эффективность в организации настоящего и проектировании будущего.

     Если  продолжать параллель с марксизмом и классической буржуазной политэкономией, можно сказать, что, подобно экономическим идеологиям, утверждающим особую категорию – “человек экономический” (homo economicus), – геополитика говорит о “человеке пространственном”, предопределенном пространством, сформирован ном и обусловленным его специфическим качеством рельефом, ландшафтом. Но эта обусловленность особенно ярко проявляется в масштабных социальных проявлениях человека – в государствах, этносах, культурах, цивилизациях и т.д. Зависимость каждого индивидуума от экономики очевидна и в малых и в больших пропорциях. Поэтому экономический детерминизм понятен и обычным людям и властным инстанциям, оперирующим с большими социальными категориями. По этой причине, быть может, экономические идеологии стали столь популярными и выполняли мобилизационную функцию – вплоть до революций, основанных на личной ангажированности в идеологии множества отдельных людей. Зависимость человека от пространства – основной тезис геополитики – видится лишь при некотором дистанцировании от отдельного индивидуума. И поэтому геополитика не стала – несмотря на предпосылки – собственно идеологией или, точнее, “массовой идеологией”. Ее выводы и методы, предметы изучения и основные тезисы внятны лишь тем социальным инстанциям, которые занимаются крупномасштабными проблемами стратегическим планированием, осмыслением глобальных социальных и исторических закономерностей и т. д. Пространство проявляет себя в больших величинах, и поэтому геополитика предназначается для социальных групп, имеющих дело с обобщенными реальностями – странами, народами и т. д.2

     Геополитика – это мировоззрение власти, наука  о власти и для власти. Только по мере приближения человека к социальной верхушке геополитика начинает обнаруживать для него свое значение, свой смысл и свою пользу, тогда как до этого она воспринимается как абстракция. Геополитика – дисциплина политических элит (как актуальных, так и альтернативных), и вся ее история убедительно доказывает, что ею занимались исключительно люди, активно участвующие в процессе управления странами и нациями, либо готовящиеся к этой роли (если речь шла об альтернативных, оппозиционных идеологических лагерях, отстраненных от власти в силу исторических условий).

     Не  претендуя на научную строгость, геополитика на своем уровне  сама определяет, что обладает для нее ценностью, а что нет. Гуманитарные и естественнонаучные дисциплины привлекаются только тогда, когда они не противоречат основным принципам геополитического метода. Геополитика, в некотором роде, сама отбирает те науки и те направления в науке, которые представляются ей полезными, оставляя без внимания все остальное. В современном мире она представляет собой “краткий справочник властелина”, учебник власти, в котором дается резюме того, что следует учитывать при принятии глобальных (судьбоносных) решений – таких, как заключение союзов, начало войн, осуществление реформ, структурная перестройка общества, введение масштабных экономических и политических санкций и т.д.  

     2.Теллурократия и талассократия  

     Главным законом геополитики является утверждение  фундаментального дуализма, отраженного  в географическом устройстве планеты  и в исторической типологии цивилизаций. Этот дуализм выражается в противопоставлении “теллурократии” (сухопутного могущества) и “талассократии” (морского могущества). Характер такого противостояния сводится к противопоставлению торговой цивилизации (Карфаген, Афины) и цивилизации военно-авторитарной (Рим, Спарта). В иных терминах, дуализм между “демократией” и “идеократией”.3

     Уже изначально данный дуализм имеет  качество враждебности, альтернативности двух его составляющих полюсов, хотя степень может варьироваться  от случая к случаю. Вся история  человеческих обществ, таким образом, рассматривается как состоящая  из двух стихий – “водной” (“жидкой”, “текучей”) и “сухопутной” (“твердой”, “постоянной”).

     “Теллурократия”, “сухопутное могущество” связано  с фиксированностью пространства и  устойчивостью его качественных ориентаций и  характеристик. На цивилизационном  уровне это воплощается в оседлости, в консерватизме, в строгих юридических нормативах, которым подчиняются крупные объединения людей – рода, племена, народы, государства, империи. Твердость Суши культурно воплощается в твердости этики и устойчивости социальных традиций. Сухопутным (особенно оседлым) народам чужды индивидуализм, дух предпринимательства. Им свойственны коллективизм и иерархичность.

     “Талассократия”, “морское могущество” представляет собой тип цивилизации, основанной на противоположных установках. Этот тип динамичен, подвижен, склонен к техническому развитию. Его приоритеты – кочевничество (особенно мореплавание), торговля, дух индивидуального предпринимательства. Индивидуум как наиболее подвижная часть коллектива возводится в высшую ценность, при этом этические и юридические нормы размываются, становятся относительными и подвижными. Такой тип цивилизации быстро развивается, активно эволюционирует, легко меняет внешние культурные признаки, сохраняя неизменной лишь внутреннюю идентичность общей установки.4

     Большая часть человеческой истории развертывается в ситуации ограниченного масштаба обеих ориентаций при глобальной доминации “теллурократии”. Элемент Земли (Суша) довлеет над всем ансамблем цивилизаций, а элемент “Вода” (море, океан) выступает лишь фрагментарно и спорадически. Дуализм до определенного момента остается географически локализованным – морские берега, устья и бассейны рек и т.д. Противостояние развивается в различных зонах планеты с разной интенсивностью и в разных формах.

     Политическая  история народов земли демонстрирует  постепенный рост политических форм, становящихся все более масштабными. Так возникают государства и  империи. Этот процесс на геополитическом  уровне означает усиление фактора пространства в человеческой истории. Характер крупных политических образований – государств и империй – выражает дуальность стихий более впечатляюще, выходя на уровень все более и более универсальных цивилизационных типов.

     В определенный момент (античный мир) складывается довольно устойчивая картина, отраженная в “карте Макиндера”. Зона теллурократии устойчиво отождествляется с внутриконтинентальными просторами Северо-Восточной Евразии (в общих чертах совпадающими с территориями царской России или СССР). Талассократия все яснее  обозначается как береговые зоны евразийского материка, Средиземноморский ареал, Атлантический океан и моря, омывающие Евразию с Юга и Запада.   

        

     Основная  геополитическая модель мира

     Heartland-Евразия  – географическая ось истории. Rimland – береговые пространства. World Island (по Макиндеру) – территории, контролируемые Sea Power, “морским могуществом”  

     Так карта мира обретает геополитическую  специфику:5

     1) Внутриконтинентальные пространства  становятся “неподвижной платформой”, heartland'ом (“землей сердцевины”), “географической осью истории”, которая устойчиво сохраняет теллурократическую цивилизационную специфику.

     2) “Внутренний или континентальный  полумесяц”, “береговая зона”, rimland представляют собой пространство  интенсивного культурного развития. Здесь очевидны черты “талассократии”. Хотя они уравновешиваются многими “теллурократическими” тенденциями.

     3) “Внешний или островной полумесяц”  представляет собой “неизведанные  земли”, с которыми возможны только  морские коммуникации. Впервые он  дает о себе знать в Карфагене и торговой финикийской цивилизации, воздействовав шей на “внутренний полумесяц” Европы извне.

     Эта геополитическая картина соотношения  талассократии и теллурократии  выявляется потенциально к началу христианской эры, после эпохи Пунических войн. Но окончательно она приобретает смысл в период становления Англии великой морской державой – в XVII-XIX веках. Эпоха великих географических открытий, начатая с конца XV века, повлекла за собой окончательное становление талассократии самостоятельным планетарным образованием, оторвавшимся от Евразии и ее берегов и полностью сконцентрировавшимся в англосаксонском мире (Англия, Америка) и колониях. “Новый Карфаген” англосаксонского капитализма и индустриализма оформился в нечто единое и цельное, и с этого времени геополитический дуализм приобрел уже четко различимые идеологические и политические формы.

     Позиционная борьба Англии с континентальными державами  – Австро-венгерской империей, Германией  и Россией – была геополитическим  содержанием XVIII-XIX веков (+ вторая половина XX века), а с середины нашего столетия главным оплотом талассократии стали США.

     В холодной войне 1946–1991 годов извечный геополитический дуализм достиг максимальных пропорций, талассократия  отождествилась с США, а теллурократия  – с СССР.

     Два глобальных типа цивилизации, культуры, метаидеологии вылились в законченные геополитические очертания, резюмирующие всю  геополитическую историю противостояния стихий. При этом поразительно, что этим формам законченного геополитического дуализма на идеологическом уровне соответствовали две столь же синтетические реальности – идеология марксизма (социализма) и идеология либерал-капитализма.

Похожие работы:
© 2009-2021 Все права защищены — dipland.ru